2025 год принёс российскому кинематографу заметные успехи. Доля отечественных картин в прокате приблизилась к плановым 80%, общие сборы российских фильмов составили около 29 млрд рублей. Однако за яркими рекордами отдельных блокбастеров скрывается другая цифра: 88% проектов, получивших государственную поддержку, оказались убыточными. Из 41 фильма с участием средств Фонда кино или Минкультуры прибыль принесли только пять. Это на 10 процентных пунктов хуже, чем в 2024 году, когда из 23 картин окупились тоже пять.
Исследование центра «КГ Progress», проведённое на основе данных Фонда кино, Минкультуры, Единой автоматизированной информационной системы (ЕАИС) и «Кинопоиска», зафиксировало этот результат 17 марта 2026 года. Пока индустрия отмечает отдельные миллиардные хиты, большинство картин с господдержкой не вернули даже производственные затраты. История 2025 года стала моментом, когда системные вопросы вышли на поверхность. Проблема не в отсутствии талантов или идей — их в России достаточно. Речь о модели, где получение субсидии иногда воспринимается как конечная цель, а не как старт для реальной борьбы за зрителя.
Термин «убыточность» здесь означает, что кассовые сборы не покрыли производственный бюджет фильма. Кинотеатры забирают примерно половину выручки, остаётся маркетинг, дистрибуция и другие расходы. В итоге многим проектам не хватило сотен миллионов рублей до точки безубыточности.
Самые крупные потери: «Злой город» — минус 1,86 млрд рублей, «Письмо Деду Морозу» — минус 1,59 млрд, «В списках не значился» — минус 1,54 млрд, «Роднина» — минус 1,50 млрд. Фильм «Кракен» получил от Фонда кино 760 млн рублей — одну из самых больших сумм — и всё равно показал убыток в 1,07 млрд. Бюджеты крупных проектов в 2025 году часто превышали 1 млрд рублей, но рост затрат не привёл к росту сборов.
За последние десять лет картина изменилась. В середине 2010-х Фонд кино и Минкультуры постепенно сместили акцент с авторского кино на коммерческие и социально значимые проекты. После 2022 года поддержка усилилась в рамках импортозамещения: объёмы финансирования росли, появились новые приоритеты. Если в 2022 году окупаемость была крайне низкой (из 26 картин с безвозвратной субсидией окупились единицы), то в 2024-м показатель достиг 22% успешных. 2025-й снова показал снижение до 12%. Эксперты отмечают: финансирование увеличивается, но коммерческая отдача падает. Рынок всё больше зависит от нескольких хитов, которые компенсируют убытки остальных.
Безвозвратные субсидии Фонда кино дают продюсерам уверенность, но иногда снижают стимул к жёсткому рыночному расчёту. Когда риск минимален, меньше внимания уделяется сценарию, маркетингу и зрительским предпочтениям. Экспертные советы при отборе проектов учитывают художественную ценность, социальную значимость и соответствие приоритетам. Это позволяет поддерживать важные темы, но порой «правильная» идея побеждает сильную историю и коммерческий потенциал.
Вопросы эффективности распределения средств обсуждаются в отрасли уже давно. Часть бюджета уходит на этапе подготовки, и не всегда с максимальной отдачей. Дмитрий Солопов, глава «КГ Progress», отметил: «Объёмы финансирования и бюджеты растут, но доля коммерчески успешных фильмов сокращается». Это не обвинение, а констатация: система нуждается в донастройке, чтобы деньги работали эффективнее.
Одна из причин — кризис доверия. Для части аудитории, особенно молодёжи, маркировка «при поддержке Министерства культуры» иногда работает как сигнал «не для меня». Люди устали от повторяющихся сюжетов: семейные комедии и военно-патриотические драмы занимают значительную долю поддержанных проектов. Когда жанровый выбор сужается, зритель ищет разнообразие.
Онлайн-платформы показывают другой подход. Сервисы вроде «Кинопоиска HD» и IVI создают оригинальный контент с меньшим прямым государственным влиянием, но с чётким пониманием запроса аудитории. За те же деньги они предлагают более живой и разнообразный продукт, который лучше удерживает зрителя дома. Кинотеатральный прокат теряет часть молодой аудитории именно из-за этого контраста.
Отметим так же, что не всё настолько печально: несколько картин всё же были вполне успешны. Самым прибыльным оказался “Волшебник Изумрудного города. Дорога из жёлтого кирпича” - 1.39 миллиарда рублей прибыли. Фильм “Папины дочки. Мама вернулась” смог заработать 515 миллионов. А замыкает тройку коммерчески успешных картин “Финист. Первый богатырь” с результатом 341 миллион рублей
Франция десятилетиями доказывает эффективность другой модели. Национальный центр кинематографии (CNC) финансируется не напрямую из бюджета, а за счёт специальных налогов: около 11% с каждого билета, отчислений от телеканалов и видеопродаж. Деньги возвращаются в индустрию через автоматические и селективные субсидии, налоговые льготы для съёмок и продвижения. CNC поддерживает не только производство, но и экспорт через UniFrance. Результат — разнообразный репертуар, сильное авторское кино и стабильный приток иностранных съёмок благодаря рибейтам.
Южная Корея пошла по пути экспорта. Корейский совет по кино (KOFIC) с 1990-х годов инвестировал в производство и продвижение. Поддержка была ориентирована на качество и международный рынок. Итог известен: «Паразиты» взяли «Оскар», «Игра в кальмара» стала глобальным феноменом, корейская волна (Hallyu) принесла миллиарды. Государство стимулировало не только внутренний прокат, но и продажи прав за рубеж. Поддержка здесь — инструмент развития, а не только сохранения.
В 2025–2026 годах отрасль активно обсуждает роль ИИ. Генеративные инструменты уже применяют для VFX, озвучки, перевода и даже предварительных сценариев. Компании в России и мире отмечают снижение затрат на постпродакшн на десятки процентов. Amazon в 2026 году начинает тестировать собственные ИИ-решения для производства. В России аналогичные технологии позволяют создавать качественный контент с меньшими бюджетами.
Это открывает путь к нишевым проектам: вместо гигантских затрат — точный сторителлинг и узкая, но лояльная аудитория. Переход от «большого бюджета любой ценой» к умному производству может уменьшить зависимость от субсидий и повысить шансы на окупаемость.
88% — это не приговор индустрии, а сигнал о необходимости изменений. Общий объём российского кино растёт, зрители ходят в кинотеатры, доля отечественных картин увеличивается. Но чтобы двигаться дальше, нужны прозрачность отбора, чёткие KPI для продюсеров и больше рыночных механизмов. Эксперты предлагают усилить возвратные формы поддержки, стимулировать экспорт и ориентировать проекты на реальный спрос.
Если систему не донастроить, кино рискует превратиться в «государственную услугу», которую смотрят по обязанности, а не с интересом. Но при правильных изменениях 2026 год может стать точкой поворота. Российское кино уже доказало способность создавать хиты. Теперь задача — сделать так, чтобы успешных проектов стало больше, а деньги работали на долгосрочный рост отрасли.